class="v">Нет, нет, скорее бежать,
Глазами укоряет Божья мать.
Котомку, посох, скорей!
Фрейлина
(накидывая на Елисавету синий плащ)
О даре своем не пожалей.
Елисавета
Не пожалела я ненаглядной любви,
Не пожалею ни царства, ни крови.
Господи благослови.
(Елисавета в синем плаще и с посохом в руке уходит. Фрейлина остается одна перед зеркалом с торжествующей нечеловеческой улыбкой на кукольных устах.)
Сцена II
Другая дворцовая комната, пышнее и обширнее. Лже-Елисавета сидит в кресле на возвышении. Вокруг нее царедворцы. Среди них Разумовский. Императрице подают корону и скипетр. Она точный образ настоящей Елисаветы, но во всех движениях и голосе что-то мертвенно застылое и деревянное.
Императрица
Передайте всем моим верным подданным, моему
доброму дворянству и храбрым войскам, что Елиса —
вета не забудет этой ночи и тех, кто помог ей ввести
обуреваемый корабль в верную пристань.
Царедворцы
Всей кровью, Ваше Императорское Величество,
готовы мы служить законной наследнице Великого
Петра.
Императрица
Милость добрым слугам Империи и смерть ее
врагам!
Передайте всем моим верным подданным, моему
доброму дворянству и храбрым войскам, что Елиса —
вета не забудет этой ночи и тех, кто помог ей ввести
обуреваемый корабль в верную пристань.
Всей кровью, Ваше Императорское Величество,
готовы мы служить законной наследнице Великого
Петра.
Императрица
Милость добрым слугам Империи и смерть ее
врагам!
(Все склоняются перед ней. Один Разумовский стоит, как пораженный громом.)
Разумовский
Горе, горе и срам.
Кто ты, говорящая украденным именем Елисаветы?
Царедворцы
Он обезумел, к ответу, к ответу!
Императрица
Уйдите все, оставьте нас вдвоем.
Не упадет от вихря царский дом.
(Все, кроме Разумовского, уходят.)
Ужели ты меня не узнаешь?
Разумовский
Как этот призрак на нее похож,
И руки, и глаза, и гордый рот,
И запах сладостный медвяных сот.
Императрица
Царица я, а ты – мой милый друг.
Разумовский
Не овладел ли мною злой недуг?
И память застил черной пеленой,
И черной ночью стал мне свет дневной.
Императрица
Ты видишь, все во мне царицу чтут.
Разумовский
Скрутилось сердце, как жестокий жгут,
Переливается жестокий хмель,
Как будто в голове моей метель,
И скрип ворот, и ветра волчий вой.
Кто там идет равниной снеговой?
На помощь, память! Ах, не та, не та!
Императрица
Твоя меня печалит слепота.
Разумовский
Улыбкою украденной своей
Обманывай и царство и царей,
Солдат, что за тебя в бою умрут,
Рабов, свершающих воловий труд,
Но не обманешь зрячую любовь.
Сто раз в минуту всхлипывает кровь
И в голос воет: где моя жена?
Императрица
Монарха ждет великая страна.
Разумовский
Открой мне, где она? (вынимает нож),
ты видишь нож.
Ах нет (бросает нож); ты кукла, завели и лжешь.
Пойду я милую искать свою.
Императрица
Я, Государыня, тебя люблю.
Разумовский
Прочь, падали не тронет ярый зверь.
Теперь зови, казни меня теперь
(падает в беспамятстве).
Императрица
(хлопает в ладоши, появляются царедворцы)
Он пьян, возьмите бережно его. (Разумовского уводят.)
Как грузно ты взлетаешь, торжество!
Сцена III
Дорога под горою. Черная ночь. Гроза. Хор верных стоит у подножия горы и на уступах. Впереди Гавриил. Во время всей сцены хор движется размеренно и слитно, как большой корабль на волнах.
Гавриил
Слышите, дети, подземный гул?
Слышите небесный страшный треск?
Хор
Господи, я больше ждать не могу.
В небе, в груди ли нестерпимый блеск?
Гавриил
То с седьмого неба грядет она,
Синяя риза ее страшна,
Ступит шаг – небесная ложится твердь,
Держит в руках и жизнь и смерть.
Кровь пречистую нам несет,
Плоть нашу грешную кровью спасет.
Хор
Я умираю от голода и жажды,
В тесноте великой стражду.
Гавриил, молись, молись!
Богородица, явись, явись!
Гавриил
Богородица, тонет наш корабль,
Дети неразумные на корабле,
Кормщика нет на корабле,
Царица небесная, спаси корабль.
Пожалей, Богородица, нищих нас,
Добрый пошли нам смертный час,
Грязные лохмотья с нас совлеки,
В белые ризы нас облеки,
Открой золотое седьмое небо,
Накорми нас бессмертным хлебом,
Чтоб корабль наш не шатался,
В черную ночь с пути не сбивался.
Хор
Небесная царица,
Райская птица,
Страшно нам в черной ночи,
Покажи нам пресветлые очи.
Очи твои – маяки,
Руки твои – паруса,
Бедные мы моряки,
Сбила нас буря – гроза.
Жажда нам горло жжет,
Смерть голодная нас стережет.
Богородица Мати, пожалей
Заблудившихся малых детей,
От смертельных спаси нас струй,
Духом Святым парус надуй!
(Молния. На дороге появляется Елисавета в синем плаще. Хор, как один человек, падает ниц. Гавриил стоит перед Елисаветой.)
Хор
Богородица, Богородица, мать наша,
Люба наша желанная,
Царица наша долгожданная,
Слава родильнице,
Слава радельнице,
Слава источнице,
Богородице слава.
Елисавета
Что это, куда меня завел долгий путь?
Рвется на части моя земная грудь.
Хор
Грудям твоим, Царица, поклоняемся,
Молоком твоим распятым напитаемся.
Елисавета
Я не царица, я бедная девушка, я Акулина,
Нету, не будет у меня распятого сына.
Я в посаде в зеленом саду гуляла,
Яблоню белую поливала.
Затосковало сердце, запросило муки,
Не побоялась я черной разлуки
И пошла, куда глаза
